Тэг «Сверхмарафон» — Посты — Risk.ru

«Страдание – личный выбор каждого»

https://risk.ru/people/bogumilaleksandr — Tue, 18 Nov 2014 18:53:08 +0300

Этот марафон у нас проходил при явном присутствии Харуки Мураками.
«Страдание – личный выбор каждого», - эту уже избитую фразу из его книжки «О чем я говорю, когда говорю о беге» мы уже несколько раз цитировали в наших разговорах и статьях на клубном сайте. Но что поделать, если она зрит в корень, бьет в глаз и в печень.

Первый алтайский многодневный сверхмарафон (1989 г.) или "Марафон - это способ самоубийства". Продолжение.

https://risk.ru/people/bogumilaleksandr — Sat, 01 Nov 2014 08:43:54 +0300

ДЕНЬ ТРЕТИЙ
В этот день надо было пробежать очередные 43 км. Нам предстояло двигаться вдоль Катуни, через сёла Манжерок, Усть-Муны, Барангол, Усть–Сема. От Усть-Семы тракт через мост уходил от Катуни, и мы должны были встретиться с ней только на 8-й день соревнований. На этом живописном участке много достопримечательностей. Перед селом Манжерок, воспетым Эдитой Пьехой, стоит памятник В.Я. Шишкову, поставленный в честь столетия со дня рождения писателя. В 1913-14-х годах под его руководством были произведены геодезические изыскания, по результатам которых впоследствии был проложен современный Чуйский тракт.

Первый алтайский многодневный сверхмарафон (1989 г.) или "Марафон - это способ самоубийства".

https://risk.ru/people/bogumilaleksandr — Fri, 31 Oct 2014 15:42:51 +0300

Шёл 1988 год. Я работал заведующим отделением краевой клинической психиатрической больницы. Отделение было необычным даже для больницы такого профиля. Пациенты являлись не просто душевнобольными, а ранее судимыми, да ещё и осужденными на принудительное лечение от алкоголизма, наркоманий и туберкулёза. Мне, как человеку, привыкшему к «свободе» и, на тот момент, больше половины жизни отдавшему спорту, было невероятно тяжело пребывать в роли психотерапевта. Было ощущение, что сам находишься на принудительном лечении. Я ещё не потерял веру в возможность изменить человечество к лучшему и с полной самоотдачей погружался в проблемы больных, пытался на них воздействовать словом, «кнутом и пряником». Перевоспитывать людей с порой более чем двадцатилетним тюремным стажем дело явно неблагодарное. Ночами я продолжал думать о работе. Как-то раз на одной из встреч, где мои друзья беседовали о литературе, политических событиях, обыденной жизни, я поймал себя на мысли, что не могу поддержать разговор. В голове крутились мысли, например, о дифференциальной диагностике шизофрении. Я понял, что сам начинаю «сходить с ума».